проза: Владимир Николаев (Спб)

проза

Николаев Владимир (СПб)

ЛЮБОВЬ БЕСА

Я искал ее две недели. С утра до вечера объезжал окраинные вещевые и продовольственные рынки, дешевые супермаркеты, районные поликлиники, библиотеки.
В самом начале я предпринял было поиски у театров, но после двух попыток отказался.
Слишком разношерстная и неподходящая для меня публика.
Время, отведенное на поиск, подходило к концу и я задумывался о том, что идея, к моему стыду, оказалась неудачной.
Но, как часто бывает, я нашел ее рядом со своим домом.
Я припарковался напротив остановки маршрутки. Был декабрьский солнечный день, до нового года почти месяц. Достал сигарету, закурил, поднял глаза и увидел её. Она стояла в конце очереди на маршрутное такси. Она появилась как бы из ниоткуда. Возникла и — всё. Словно услышала мои призывы.
На ней было китайское пальто из синтетики сиреневого цвета, с простежкой, напоминающей телогрейку. На голове розовый берет, на ногах — сапоги-чуни, похожие на валенки с галошами. Черная сумка через плечо и два полиэтиленовых пакета с логотипом сети дешевых продуктовых магазинов. Из-под берета выбивались пряди русых волос. Очки в немодной оправе. Губы без помады. На вид лет сорок. Профессия любая — от учительницы начальных классов до мелкого клерка в заштатной государственной конторе вроде не престижного ВУЗа.
Отлично! Я воскликнул про себя, что, наконец Доброму Волшебнику повезло и он сможет выполнить свое предназначение!
Подошел желтый микроавтобус, заслонил очередь. Пробуксовывая лысыми шинами на неубранном снегу, двинулся дальше. Она и еще две женщины по-прежнему стояли на остановке. Не её маршрут. Она достала из сумки мобильник, набрала СМС-ку. Это тоже хорошо — деньги экономит, мне дополнительный шанс.
Сигарета кончилась. Я включил радио. Раздражающий русский шансон полоснул по ушам. Запустил поиск радиостанций. Остановился на джазе, джаз — моя слабость. Вторую маршрутку она пропустила тоже и осталась одна на остановке. Предложить подвезти? Нет, чересчур рискованно — почти наверняка откажется, возраст и опыт не позволят. Буду ждать.
Минут через пять нужный ей номер подошел. Я развернулся, благо ментов не наблюдалось, и тронулся за автобусом. Ехали долго, в самый не престижный микрорайон недалеко от химического завода, совсем недалекие трубы которого окрашивали небо каждая в свой цвет. Я подождал, пока она удалится метров на тридцать, вышел из машины и пошел за нею.
Добрый Волшебник умеет передвигаться неслышно и я не только выяснил номер дома и парадную, но даже номер квартиры, где она живет. Это не самое сложное в жизни.
К концу следующего дня я уже знал ее имя, фамилию, отчество, год рождения, место и график работы. Выяснил, что она бездетная, незамужняя, недавно похоронила мать и живет теперь с большой рыжей кошкой. Работает она в жилконторе, получает копейки, любовника не имеет, замужем была меньше года, муж бросил ее и ушел к ее же лучшей подруге, которая была свидетельницей на свадьбе со стороны невесты.
В ее отсутствие я побывал у нее в гостях. Кошка залезла на шкаф и шипела оттуда. Хорошо, что кошки не умеют говорить. Сигнализации в квартире не было, да и сигнализация, по большому счету, не проблема для волшебников. Квартира двухкомнатная, обстановка близка к убогой, облезлая корпусная мебель с перекошенными дверцами, самая дорогая вещь в доме — новый холодильник марки ‘Индезит’, полупустой, с минимальным набором дешевой еды. Кошку она кормит кашей на основе рыбного супа из путассу. Цветы на подоконниках ухожены и явно довольны. Чистенько в квартире, все на своих местах. Это хорошо. С неряхами и пофигистками работать не люблю, если честно. Книг не очень много, все больше дамские романы про любовь в мягких обложках и немного классики. Видеомагнитофон древний, кассетный.
В квартире два телевизора, одни маленький на кухне, на тумбе установлен так, чтобы видно и от мойки и от обеденного стола, второй с более крупным экраном, в самой большой комнате, оба старинные, электронно-лучевые.
Я давно не видел дисковых телефонов, уже лет двадцать. Здесь же стоял именно дисковый телефон серого цвета, с перекрученным спиральным проводом. Одежды минимум, все больше ношеная, новой практически нет.
Квартира без балкона и лоджии, из окон пейзаж в виде школы в соседнем дворе и все тех же труб химкомбината.
-2-
Марина Ульянова регулярно видела вещие сны. Нельзя сказать, что все сны, которые ей снились, были вещими. Но она точно знала, что именно такой-то сон оповещает её о грядущем. Ей приснился засохший любимый кактус за два дня до смерти мамы. Ей приснилось, что она потеряла кошелек и у нее действительно в этот же день украли кошелек и косметичку из сумки. Впервые вещий сон она увидела за две недели до подлой измены лучшей подруги Юльки, которая увела её Славика. Снился ей тогда утренний рассвет, росный луг, стог сена, в котором они со Славкой встречают утро. Всходит июльское солнце, туман редеет, блестят алмазами росы на травах и тут со стороны леса, справа то есть, появляется лыжница. На ней синий костюм с белыми лампасами на штанах, за спиной рюкзак. Лыжница идет бойко коньковым ходом, просто летит по июльскому лугу, сшибая палками искрящуюся росу и оставляя за собой черный след, похожий на след от протектора трактора ‘Беларусь’, только больше. Лыжница, не глядя на них, пролетает мимо стога и, оттолкнувшись палками, ныряет в овраг. Марине страшно. Она хочет прижаться к плечу мужа, но вместо плеча — пустота. Славик исчез. Марина в ужасе просыпается, муж мирно спит рядом, трогательный и теплый, как ребенок. О ребенке Марина мечтает, но Славик не хочет детей — говорит, что рано. Марина рассказала за завтраком про сон мужу, но Славик только посмеялся. А через две недели он пришел домой виноватый и какой-то блеклый, будто молью траченный и, заикаясь, сказал, что любит другую женщину. Его возлюбленной оказалась лучшая подруга Марины Юлия Желудько, свидетельница на бракосочетании.
С тех пор Марина внимательно относится к такого рода предостережениям.
В ночь с пятницы на субботу она увидела во сне радугу. Большую, яркую, которая одним концом опиралась на подоконник ее спальни. По радуге шел мужчина. Высокий красивый брюнет с аккуратными усиками. Брюнет курил сигару, на руках у него были перчатки, какие носят автомобилисты, с дырочками на костяшках. Перчатки красивые, красно-коричневые. Брюнет шагнул с радуги прямо в спальню и сказал: ‘Привет! Меня зовут Борис. Пойдёшь со мной в рай?’ Сердце у Марины заболело от восторга, она согласно кивнула головой, протянула Борису обе руки и они полетели над городом…
Марина проснулась с улыбкой и в полной уверенности, что в самые ближайшие дни с нею произойдёт нечто невероятно красивое и радостное.
Кошка Шкварка, почувствовав хорошее настроение хозяйки, забралась к ней в постель и принялась лизать Маринино левое ухо, за что была удостоена увеличенной порции корма.
— Марина Павловна, чего это вы сегодня какая-то не такая? — с завистливой ехидцей спросила диспетчер жилконторы Клара.
— Да так, с нужной ноги встала… — загадочно ответила ей Марина и прошла в свой закуток к компьютеру, на котором вела учет жалоб жильцов и отчетов об их исполнении.
В обеденный перерыв, наскоро перекусив принесённым, как всегда, супом из термоса и полуфабрикатной котлетой, Марина, сэкономив таким образом целых сорок пять минут, решила зайти в большой универсальный магазин, во дворе которого, в двухэтажном флигеле, располагалась их жилконтора.
Возведенный пару лет назад на месте целого квартала полуразрушенных фабричных корпусов огромный магазин сиял под зимним солнцем голубыми стеклами и выглядел как самодовольный купчина среди бедных родственников — район был старый, почти промышленная зона, хотя и почти в центре большого города.
Марина, несколько стесняясь (она всегда чувствовала неловкость в дорогих магазинах) пошла по стеклянным галереям универмага. По обе стороны от неё за стеклами перегородок стояли манекены. На манекенах были надеты шикарные вещи, о которых она могла только мечтать, поскольку даже незатейливая кофточка здесь стоила больше, чем она зарабатывала за месяц в своей жилконторе.
Марина вошла в отдел обуви. Совсем молоденькая продавщица, не старше двадцати, скользнув профессионально по Марининой обуви-чуням, сделала гримаску и хамски-вежливо пропищала с южно-русским акцентом:
— Чем могу помочь?
— Да нет, спасибо, — Марина, сама не ожидая от себя такой резвости, твердо сказала, — а ну-ка, покажите-ка мне вон те туфли, — и почти повелительно показала на дорогущую модель.
Продавщица обиженно повела плечиком в полосатом джемпере со стикером на левой груди и, вызывающе виляя бедрами, пошла в подсобку за обувью.
Марина присела на пуфик, сняла левый сапог и подняла глаза, почувствовав, что на неё смотрят. Слева, за стеклом, отделявшим обувной отдел от галереи, стоял мужчина из давешнего сна.
Марина услышала, что сердце у нее остановилось, она отвела глаза от незнакомца и посмотрела в зеркало напротив. Рука её машинально поправила волосы, хотя какая там прическа, никакой прически Марина не делала уже с полгода. Тем не менее она убрала волосы со лба и поправила очки.
Сердце вспомнило, что ему надобно работать и запустилось вновь.
— Вот, примерьте, — услышала Марина голос продавщицы, которая стояла перед нею с раскрытой коробкой.
Марина, будто очнувшись от легкого обморока, решилась посмотреть на мужчину, повернула голову, но там никого не было. Мужчина пропал.
— Не надо, я передумала, — решительно сказала она продавщице и, со злостью застегнув молнию на сапоге, вышла из отдела.
— Постойте, вы сумку забыли! — крикнула Марине продавщица в полосатом.
Марина, резко, по-солдатски, повернувшись на каблуке, вернулась назад, забрала сумку и почти побежала вон из универмага.
— Почудилось, — сказала она себе в сердцах, — дура старая, размечталась.
На работу Марина Павловна вернулась грустной. Диспетчер Клара ухмыльнулась с удовлетворением.
-3-
Вечером я размышлял о том, правильно или нет появился в универмаге, в результате чего она увидела меня.
Лицо у нее в тот момент было как у дочери меньшой, любимой, что у купца из сказки про аленький цветочек, когда она увидала чудище лесное.
Мне даже стало несколько обидно за свою внешность, поскольку я не понимал причины её испуга. Знать обо мне она не могла никоим образом. Чертовщина какая-то.
Скорее всего, она смутилась, а смутившись, испугалась, что я увидел дырку на левой пятке ее колготок. Ну да, конечно дырка виной всему, тем более, что никого ни в отделе ни в галерее не было, а дырка была видна только из галереи.
Итак, время действовать наступило. Завтра Добрый Волшебник прилетает в голубом вертолёте к Золушке, чтобы её осчастливить.
Марина Павловна задерживалась на работе. Я сидел в машине и ждал. Справа, на сиденье пассажира, благоухал букет белых лилий — её любимых цветов. Начать знакомство я решил с радикальных методов. Я выкурил полпачки, прослушал в который уж раз диск Армстронга ‘What A Wonderful World’. Она вышла без четверти девять.
Универмаг работал вовсю. Вдобавок, светила луна и было видно все окрест, за исключением темных углов, где стояли мусорные баки и небольшой ангар, в котором несколько таджиков пакетировали использованную картонную тару. Вместе с нею вышел мужчина лет пятидесяти, они попрощались и двинулись в разные стороны. Она — к метро. Как только мужчина повернул за угол, из заангарной тьмы выскочили двое в темных куртках и подбежали к ней. Один схватил ее сзади за шею, второй начал срывать сумку с плеча. Она задушено закричала.
Я поспешил ей на помощь. Бежать в летних туфлях на кожаной подошве по снегу страшно неудобно и скользко и я два раза едва не упал. Однако успел бы к шапочному разбору, поскольку нападавших было двое на одну женщину и сумку у нее почти вырвали, а ее придушили, но и грабителям гололед тоже был не на руку.
Первого, который убегал с сумкой, я подсёк и он грохнулся лицом о лёд. Я не стал церемониться и врезал ему правой ногой по печени. Грабитель икнул и скис, согнувшись калачом. Со вторым было сложнее — у него фора была метров пять. Но он, оглянувшись, увидел, что его напарник воет от боли и не может подняться, остановился, повернулся лицом ко мне и в его руке блеснуло. Я понял, что это нож. Но останавливаться на полдороги в драке — последнее дело и я с разбегу ударил его левой ногой, пыром, в пах. Он успел было отшатнуться, но поскользнулся и мой удар достиг цели, хоть и вполсилы. Но и мне досталось — в левой штанине стало мокро и будто раскаленным гвоздем провели полосу по левому бедру. Врага следует добить и я его добил ударом кулака в левый висок. Мой злодей лежал недвижим. Вдруг стало знобко и тошно. Я потрогал левое бедро, судя по всему, рана была хоть и не глубокой, но полоснул этот гад меня длинно.
Марина подбежала ко мне и, хоть и придушенно, но без истерик, выкрикнула:
— Вы живы?
— А вы? — мне удалось изобразить шутку.
— Ого, как вас порезали! — испугалась она за меня и нервно стала рыться в сумке, которую уже подняла со снега, — я сейчас вызову скорую, где же телефон…
— Не ищите телефон, идемте в мою машину, там разберемся.
Я завел машину, включил обогрев на полную мощность, и мы отъехали от места происшествия за пару кварталов. Марина, когда мы тронулись, воскликнула:
— Куда же вы! Надо милицию вызывать. И скорую для вас.
— Милицию вызовут и без нас, наверняка охрана универмага уже сделала это, а скорая мне не поможет, я сам с усам. Если не возражаете. Кстати, как вас зовут? — ответил я вопросом.
— Марина Павловна, Марина.
— А меня просто — Борис.
— Я знаю, — неожиданно ответила она.
— Не понял! — я ударил по тормозам от такой ошеломительной осведомлённости.
— Да не пугайтесь, я всё потом расскажу, не сейчас. Вам надо обработать рану. Поедемте в больницу. Здесь недалеко совсем, я знаю.
— У меня другое предложение. Если не боитесь, Марина, то поедемте ко мне. Только надо перебинтовать временно ногу. Ну хотя бы галстуком, кровопотеря может быть приличной, — ответил я, все еще недоумевая, откуда она знает мое имя. Имя Доброго Волшебника знать не полагалось никому, кроме его непосредственного начальства, то есть Архангела Гавриила.
Я, вместо временного тампона, положил на рану свой носовой платок, предварительно полив обильно рану перекисью водорода, которая есть в любой автомобильной аптечке, длинным фирменным галстуком сделал перевязку и уже через двадцать минут мы были у меня дома.
Я захватил цветы, когда мы выходили из машины. Марина подозрительно покосилась на букет и я протянул его ей:
— Это вам за помощь незначительная благодарность. Берите, они никому не предназначались, просто я люблю лилии и отчего-то решил сегодня купить цветы себе самому.
— Спасибо, — она взяла цветы и с недоверием улыбнулась.
Через двадцать минут мы были у меня. Первым делом, взяв походную аптечку, я удалился в ванную. В очередной раз мне повезло.
Рана оказалась длинной, но неглубокой. Через несколько дней останется небольшой след.
Добрые волшебники умеют быстро излечивать и себя и других, если в этом есть необходимость.
Мы выпили кофе. От коньяка она отказалась. Разговор не складывался — она явно чувствовала себя не в своей тарелке в чужом доме и в незнакомой обстановке, которая разительно отличалась от ее бытовых условий. В свое время дизайнер, который разрабатывал интерьер квартиры, остановился на японских мотивах и вышло, надо сказать, весьма удачно. Мне нравится, когда на полу вместо паркета — циновки, шторы из бамбука, стены, посуда, мебель — отличная стилизация под Японию 19 века.
Марина резко засобиралась, когда я сообщил ей, что рана у меня ерундовая. Я вызвал такси, хотел проводить ее до машины, но она отказалась. Правда, деньги для оплаты такси, подумав, взяла с обещанием вернуть. Мы попрощались, я налил себе еще коньяку и лёг спать — утро вечера мудренее, особенно такого, как сегодняшний.
-4-
Марина посмотрела в зеркало и сама себе очень понравилась. Любовь совершает с женщинами чудеса. Особенно такая любовь, о которой мечтают, но уверены, что она бывает лишь в сказках. Оказывается — нет. В жизни тоже случаются чудеса. Любящая женщина становится прекрасной. Она добра, великодушна и щедра. В любой толпе она заметна своей уверенностью и некоторой снисходительностью взгляда на окружающий мир. Настороженность и пристальность взора у такой женщины исчезают на время влюбленности, поскольку какое ей дело до таких мелочей, как встречные дамы, которые могут выглядеть лучше и одеты шикарнее, до погоды, до времени года и прочей ерунды. Мужчины смотрят на влюбленную женщину с восхищением, а женщины — с завистью и вздохом: везет же некоторым…
Помимо сильной и нескрываемой любви к Борису, у Марины пропало чувство вечного унижения из-за отсутствия денег — Борис был щедр, покупал практически всё, что ей нравилось, и свою скромную зарплату она могла тратить на булавки и прочую женскую мелочь. Вдобавок, она перестала стесняться принимать от него подарки, которые чаще всего были неожиданными и, почти всегда, были что называется ‘в тему’. Лишь один раз Борис промахнулся, в самом начале, когда подарил ей букет белых лилий — Марина до сих пор была уверена, что этот букет изначально предназначался не ей.
Она сама рассказала Борису, что видела его во сне и потому сразу узнала. Он усмехнулся и, как показалось Марине, так и не поверил ей до конца. Мужчины слишком прагматичны, чтобы верить в такое. Что поделать, что поделать.
Рана у Бориса зажила удивительно быстро и потом наступил по-настоящему её медовый месяц. Со Славиком, бывшим мужем, тоже было неплохо, но, во-первых, Марина тогда была совсем молоденькой и о жизни и настоящих плотских утехах имела представление поверхностное, а, во-вторых, Борис, как мужчина, был на несколько порядков выше Славика. Борис оказался именно из того мужского типажа, который ей, как женщине, был нужен. И — духовно и — телесно. Волшебные ночи продолжались третью неделю кряду.
Через несколько дней, когда их роман начал набирать обороты и краски, Марина взяла отпуск, благо год кончался, была зима и отпуск по-любому следовало использовать. Получила отпускные, проставилась шампанским и на целый месяц переехала к Борису. В первые дни он ежедневно отвозил Марину к ней домой, чтобы та покормила кошку и убрала за ней. Но вскоре Марина попросила соседку, Татьяну Михайловну, присмотреть за кошкой.
И вот, за два дня до нового года Марина любила и была любима, ничто не стесняло её свободы, она была не то, что называется ‘сыта жизнью’, нет, она была ‘полна жизнью’ и лучше этой жизни мог быть только рай.
Борису Марина доверяла полностью. Вот только к себе в квартиру пригласить его она постеснялась. Условия и уровень жилищ ее и его были просто несопоставимы. Но, живя у него в роскошной, по её скромным понятиям, обстановке, Марина не чувствовала себя ущербной — Борис каким-то по-настоящему мужским своим эго вселял в нее уверенность в себя.
Буквально в первое утро их близости она, подойдя к зеркалу, в своих немодных очках и прическе, которой от роду полгода, она сказала что-то вроде ‘зачем тебе такой гадкий утенок?’, на что получила ответ ласковый, но жесткий: ‘если ты со мной, значит ты — лучше всех остальных женщин на свете!’
На глаза её навернулись слезы и она, благодарно прижалась к нему. Через секунду разрыдалась. А спустя неделю в перерывах между ласками, уже уверенная в себе и благодарная, прошептала нежно:
— Я пойду за тобой хоть в рай, хоть в Сибирь, как жена декабриста.
— Э, нет! В Сибирь нам не надо. А вот куда-либо к теплому морю мы с тобой поедем. И очень скоро.
— Ой, правда? Я была в последний раз в Сочи семь лет назад. Море — это здОрово! — воскликнула она.
— Хочешь на Мальдивы?
— А это где?
— Это в Индийском океане, еще ближе к экватору, чем Индия. Волшебное место. Рай!
— Конечно, милый, хочу.
— Вот и отлично.
— Все же сон мой был по-настоящему вещим, — вздохнула она, вспомнив, что он так и не поверил в её чудесное сновидение.
Он прервал её слова поцелуями…
Марина, стоя перед зеркалом, вспомнила об этом и сама себе снисходительно улыбнулась. Сегодня вечером она уезжала в столицу скоростным поездом. На вокзале в столице её будет ждать Борис, оттуда они поедут в аэропорт и уже через несколько часов попадут в рай, который на карте обозначен как Мальдивские острова. Очень модное место, между прочим. Весь российский бомонд полетит на Мальдивы встречать новый год, как сказал ей Борис.
Борис уехал вчера утром в столицу по делам — ему позвонил партнер, который попросил срочно приехать. Марина особо не вникала в дела Бориса, но из его разговоров по телефону и по уровню жизни и по цене подарков, ей подаренных, она понимала, что Борис — человек богатый и бизнес его связан с нефтью.
До вечера нужно было сделать кое-какие мелкие дела: получить в оптике солнцезащитные очки с диоптриями (когда они с Борисом выбирали оправу, Марина едва сдержалась, чтобы не ойкнуть, когда Борис заявил, что ей идет самая дорогая оправа и не менее дорогие немецкие стёкла, меняющие пропускную способность в зависимости от освещения и заплатил за это сумму, равную её годовому доходу) купить кое-какую женскую мелочь, необходимую в путешествии, сделать маникюр и съездить домой, оставить денег соседке Татьяне Михайловне на прокормление кошки — как-никак, а две недели это срок. В тот день, когда он подарил ей норковую шубу, она заявила, что должна сделать ему ответный подарок. Он посмеялся и согласился, но с условием, что она купит ему то, что он захочет. Они зашли в ближайший компьютерный магазин и он выбрал смешную, в виде ослика, флешку.
За час до отхода поезда Марина еще раз просмотрела список, составленный еще три дня назад, когда Борис сообщил конкретное число, когда они улетают и откуда. Все было в порядке. Загранпаспорт Марина очень удачно поменяла еще весной, на всякий случай, но будто в воду смотрела — пригодился он совершенно неожиданно. Билет на скоростной экспресс, немного наличных денег, все в порядке. Ваучеры и билеты на самолет — у Бориса. Вроде бы всё. Красивый чемодан на колесиках, дорогой, привезённый Борисом перед его отъездом в столицу, был почти полон нарядами, купальниками, косметикой. Три книжки-детектива Марина, подумав, все же положила в чемодан, так, на всякий случай. Закрыла молнии. Все, она готова.
Еще через четверть часа позвонил водитель такси, который ждал у подъезда, а за четверть часа до отхода поезда Марина сидела у окна в кресле скоростного экспересса, в вагоне номер два, начиная от локомотива.
Поезд тронулся без толчка, плавно. Начал набирать скорость. Замелькали заснеженные дачные пригороды, сугробы, редкие огни дальних деревень.
Зазвонил её мобильник, подаренный Борисом.
— Как ты? — спросил он.
— Уже в пути, — млея от его голоса, проворковала она.
— Жду, дорогая, с нетерпением, буду звонить, целую.
— Я тебя тоже. Я скучаю, — шепотом сказала она, покосившись на соседку слева.
— Взаимно и очень-очень соскучился…
Через два часа, когда экспресс, спрессовывая перед собою морозный воздух, влетал под арку длинного моста через покрытую метровым льдом реку, лежавшую глубоко внизу, Маринин мобильник вновь зазвонил, а через мгновенье раздался взрыв. Экспресс, кувыркаясь и разваливаясь на составные части, полетел в бездну.
Марина Ульянова умерла мгновенно, поскольку её чемодан с пластитом под обивкой, лежал в полке прямо над головой.
-5-
План Доброго Волшебника удался полностью. На ухоженную, хорошо одетую женщину с типично славянской внешностью никакие наружные наблюдатели, менты и прочие спецслужбисты на вокзале не обратят никакого внимания. Вот и не обратили.
Подарочек любимой родине перед новым годом получился славный — более полутысячи пассажиров, в том числе иностранные граждане и высокопоставленные чиновники, ехавшие в столицу, отправились прямиком в рай. Интересно, объявят траур или не захотят портить новогодний праздник?
Ну что ж, теперь пора садиться писать отчет о проделанной работе. За окном под легким морским бризом ожили пальмы, в полусотне метров белый песок и бирюзовое море. Рай, причем — безопасный для Доброго Волшебника.
Я достал из кармана флешку в виде ослика, на которой были записаны все текущие расходы по операции ‘Добрый волшебник’ и начал готовить отчет вчерне, потом причешу в порядке убывания сумм :
1. Аренда квартиры — …. Руб.
2. Шуба норковая …. Руб
3. Белье женское нижнее… Руб
4. Автомобиль ….. руб
5. Цветы …. Руб
6. Очки солнцезащитные женские … Руб
7. Сапоги женские зимние 3 пары … Руб
8. Туфли женские разные 7 пар …. Руб
…………………………………………………….
ИТОГО ………….
Ожил мобильник. Ага, звонил сам Всевышний. Я встал, подошел к открытому окну.
— Молодец, Барс, хорошо сработал! Твой гонорар тебе уже переведен. Еще идеи есть?
— Благодарю Вас! Есть. Но разработка будет зависеть от цели, которую поставите.
— Будет тебе цель! А пока отдыхай.
Я вернулся к компьютеру и, дойдя до статьи ‘накладные расходы’, задумался, вписывать ли туда стоимость ликвидации тех двух наркоманов, один из которых нанес мне неоговоренное в контракте ранение. Подумал и не стал вписывать — в конце концов это мой прокол и зачем портить свой имидж Доброго и Удачливого Волшебника.
КОНЕЦ

Leave a comment