проза: Татьяна ДИГАНОВА. Наброски книги

проза

Представляю вам тонкого, чуткого к слову писателя. Я очень жду сборник рассказов от Татьяны. Это музыка. Красивая музыка свежего воздуха и забытых детских парков.

 (А. Сашнева)

 

Татьяна ДИГАНОВА
***
Мы стали жить с тобой вместе. Три недели вместе, без Мамы. Конечно, это был Ад, но ты знаешь, Папа, Ад затягивает, там есть Райские кущи. За что благодарна тебе, так это за чувство свободы, которое ты мне бросил с пьяных глаз твоих, не видя маленькую девочку, которая вбирала этот мир. Мир странный. Мир отдыха. Развратный мир взрослых людей. И счастья вам там не было..У тебя была смена настроений, это очень зависело, какая официантка работает в этот день. Помню, наблюдала, а потом однажды сказала тебе: Папочка, у меня животик болит от этой еды, можно не буду ходить на обед? Ты легко согласился, сказал: «Железно, дочь!» Как же ты убил меня этим железно.. Не литературно, не музыкально, ужасно.. И , когда ты произнёс это слово, я увидела Маму, принявшую знакомство с тобой.. Она, восточного облика, с лоском невидимой никогда ей Европы, платье, шпильки, нога на ногу запрокинутая, едет в электричке в Москву. Невеста, вечная невеста, растерявшая женихов, по глупости.. И ты, проходя, как то по составу поезда, двигаясь к первому вагону , увидел её.. Я не знаю, как ты вообще осмелился обратить её внимание на тебя. Дешевый плащ, берет с пимпочкой, широкие несуразные брюки.. Безумный взгляд, неспокойный облик. Мама вспоминает всю жизнь: ты проходил мимо неё три месяца, и каждый день бросал на её колени мандарин, а она их и в детстве столько не видела. Подруги стали говорить ей: «Алла, присмотрись, вроде неплохой мужчина». Она им отвечала : «Чудак!». Да, так и есть и было , чудак. Папа, помнишь , ты мне рассказывал, как стал собирать свою коллекцию книг фантастических? Ты ходил к памятнику Юрию Долгорукому, там продавали книги, и тебя продавцы там именовали не иначе, как «Чудак». Вы, папочка очень с мамой разные, не могу понять, как Вы стали жить вместе. Для кого, зачем и почему.

***
Мама моя ждала мальчика. И, когда я родилась , мама испытала легкое недоумение: «Девочка?? Точно?». Да, заверили врачи, точно , и точно ваша. Мы её как, королеву бережно вытаскивали. «А лицо? Лицо не повредили, для девочки, главное лицо». Не беспокойтесь, все нормально. Мама придирчиво меня рассмотрела, как она рассказывала, удостоверилась, что нет видимых изъянов и стала жить мыслью, что у неё девочка. И поскольку у неё не было в детстве игрушек, она меня восприняла, как куклу. Любимую, самую дорогую сердцу куклу. Сказать, что у меня было много одежды, это не сказать ничего. Покупалось всё, постоянно и в неограниченных количествах. При этом мне нельзя было пачкать одежду, мять, и тем более, не дай бог порвать. Во двор меня отправляли на прогулку, как на ярмарку, как на праздник. Всё время что-то шелковое, с оборочками, в складочки, и обязательно очень всё какое то коротенькое. И гольфики дурацкие, которые вечно куда-то сползали и мне было сказано; всегда поправляй, должно быть на одинаковом уровне, это некрасиво. И туфельки замысловатые, как правило что-нибудь лакированное, которое нельзя ни обо что царапать. Банты на голове, волосы стянуты в косы, в корзиночки, в бараночки или хвост, перехваченный на макушке тугим узлом банта. Играть мне было неудобно с детьми в подвижные шумные игры, и я стояла и хлопала глазами. И как же, обожала, когда меня отдавали бабушкам на проживание , поочередно. Вот , это было счастье! Залезала в самое неприглядное для маминых глаз платье, распускала волосы или делала хвостик, стянутый легкой резинкой и носилась с детворой по всем мыслимым и немыслимым местам для ребяческого дошкольного восприятия. Но, когда на выходные должна была приехать мама, конечно, бабушки меня переодевали в «приличную» для такого визита одежду, неумело пытались изобразить подобие маминых причесок, бантик присобачивали (не могу подобрать другого слова) и ждали одобрения. Этого не происходило, потому, что все замечалось: видимое и надуманное: то складочка разошлась, то : «малину ела и руки вытирала о платье??». Мы с бабушками на всё были согласны, кивали, они охали: «Алла, не доглядели, ребёнок ведь. «Она не ребёнок, она девочка!»

Leave a comment